Правительство Беларуси намерено воспользоваться ситуацией и извлечь максимальную пользу от западных санкций. Речь идет о том, чтобы переориентировать экспортные потоки на громадные рынки России и Китая, а в самой Беларуси реализовать импортозамещающие проекты. Москва пообещала поддержку в этих вопросах. Насколько все обнадеживающе?

О чем речь?

В последние недели западные корпорации одна за другой либо приостанавливают работу в России, либо вовсе покидают страну. Белорусские компании увидели в этом возможность занять освобождающиеся ниши.

— Наши производители обладают достаточными технологическими возможностями и высококвалифицированными кадрами, чтобы сегодня в условиях санкционного давления и нарушенных логистических цепочек заместить часть ушедших с российского рынка брендов, — заявила на днях председатель концерна «Беллегпром» Татьяна Лугина.

В Минске также помнят, как в 2014 году воспользовались российским продэмбарго и значительно нарастили поставки продуктов питания восточному соседу. В 2013 году почти треть санкционной продовольственной продукции ввозилась в Россию из ЕС. Доля Беларуси составляла 12%. По итогам 2020 года доля белорусских поставок в Россию достигла 25%. Впрочем, Беларусь «отличилась» и в реэкспорте санкционной продукции. Власти двух стран много спорили об этом. Но в настоящее время Москва готова снять все барьеры при поставках продукции из Беларуси.

Источник — https://pixabay.com/

Основные сферы, в которых будут разработаны белорусско-российские программы импортозамещения — это автомобилестроение, сельскохозяйственное машиностроение и микроэлектроника. Беларусь и Россия создадут совместные планы поставок. Более того, Россия будет участвовать в финансировании Беларуси в программах импортозамещения.

— На нас будет распространяться и то финансирование, которое выделяется Российской Федерацией в рамках импортозамещения, — заявил премьер-министр Роман Головченко. — Это не возврат к плановой экономике, но в этих турбулентных условиях это абсолютная необходимость — мы должны обеспечить как минимум гарантированные взаимные поставки оборудования.

Ему вторит министр экономики Александр Червяков и приводит пример:

— Доля нашего экспорта в Россию по машинам и оборудованию в их импорте составляет всего лишь 3-4%, в то время как 10 лет назад это было около 11%. Так что потенциал у нас огромнейший. Это окно возможностей нам крайне быстро надо использовать. Думаю, что те позиции, которые у нас выпадают в машиностроении, мы очень быстро сможем заместить и помочь нашим российским партнерам.

Правительство Беларуси задумалось об увеличении локализации производства продукции еще в конце 2021 года на фоне санкционных ограничений со стороны коллективного Запада. Отечественные производители столкнулись с проблемами бесперебойного обеспечения необходимыми комплектующими и материалами. Минэкономики даже отобрало 47 приоритетных импортозамещающих проектов с объемом инвестиций порядка 8 млрд рублей. Российско-украинский военный конфликт и последовавшие новые санкции на Россию и Беларусь вынудили к большей кооперации с партнерами по ЕАЭС.

Что делается в России для импортозамещения?

С середины 2014 года в России стали активно поддерживать курс на импортозамещение. На эти цели за 5 лет выделили, по разным оценкам, от 2 до 3 трлн российских рублей. Больше всего проектов было реализовано в пищевой промышленности, радиоэлектронике, машиностроении, лесной отрасли.

Недавно правительство РФ согласилось увеличить финансирование программ господдержки промышленности в части импортозамещения. В частности, речь идет о докапитализации Фонда развития промышленности (ФРП) на 20 млрд российских рублей. В 2021 году ФРП, который входит в госкорпорацию ВЭБ.РФ, предоставил 229 льготных займов на общую сумму 51,8 млрд российских рублей.

ФРП предоставляет целевые займы по ставке 1% и 3% годовых сроком до 7 лет в объеме от 5 млн до 2 млрд российских рублей на финансирование проектов, направленных на разработку новой высокотехнологичной продукции, импортозамещение, лизинг производственного оборудования, реализацию станкостроительных проектов, цифровизацию действующих производств и прочее.

Что интересует Россию?

В РФ недавно создали онлайн-сервис «Биржа импортозамещения», чтобы обеспечить взаимодействие между производителями и заказчиками. Сервис создан на электронной торговой площадке Газпромбанка на базе Государственной информационной системы промышленности. На сегодня ГИСП насчитывает более 14 тысяч пользователей — промышленных предприятий.

— В России достаточно производителей комплектующих, которые раньше не выдерживали конкуренции с иностранными поставщиками. Они готовы снабжать рынок своей продукцией, восстанавливая разорванные из-за санкций цепочки поставок, — сказал вице-премьер РФ Дмитрий Чернышенко.

По информации Минпромторга РФ, с помощью «Биржи импортозамещения» заказчики могут публиковать запросы на приобретение промышленной продукции, запасных частей и комплектующих, а поставщики — направлять свои ценовые предложения и предлагать аналоги без дополнительных затрат, согласований и посредников.

Система также будет осуществлять проверку производителей и их продукции на соответствие требованиям заказчика. Кроме того, за счет дополнительных финансовых сервисов — банковской гарантии, факторинга и лизинга — она снизит трудозатраты поставщиков.

В дальнейшем цифровой сервис будет совершенствоваться. В базу постепенно включат не только российских, но и иностранных поставщиков, готовых продолжать или начать сотрудничество с Россией.

Какие перспективы?

Доктор экономических наук, эксперт проекта BEROC Лев Львовский советует посмотреть на историю мировой экономики, в которой найдется мало примеров, когда страны в условиях санкций что-то успешно импортозамещали.

— Заявления о том, что у нас что-то будет лучше, чем до санкций, логически некорректны, — считает экономист. — Бизнес всегда старается оперировать критериями эффективности. Если мы что-то не делали с прибылью до санкций, то вряд ли оно станет лучше в условиях санкций. Сейчас главная задача для правительства Беларуси демпфировать негативный эффект от санкций.

Львовский считает, что в настоящее время у машиностроения основной вопрос не в том, как нарастить поставки грузовиков, тракторов и комбайнов в Россию.

Источник — https://pixabay.com/

— Головная боль — это найти и поставить комплектующие для сборки техники. Может сложиться ситуация, когда ни Беларусь, ни Россия не смогут импортировать необходимую микроэлектронику для машиностроения, — полагает экономист.

Он обращает внимание, что Россия сама в ближайшее время будет находиться в тяжелом экономическом положении. Это означает, что платежеспособный спрос в РФ будет падать и это отразится на том, что Беларусь сможет поставить в Россию.

— Действительно, какую-то часть своей продукции Беларусь сможет отправить в Россию или Китай. Но надо понимать, что это не будет высокомаржинальный бизнес, — считает Лев Львовский. — А самая большая ниша импорта в России, в котором она больше всего будет нуждаться — это высокотехнологические товары. Здесь Беларусь не помощник. Если бы мы успешно производили микроэлектронику, чипы, то еще бы до санкций стали мини-Тайванем под боком у Европы и все бы покупали у нас эту продукцию с большой радостью.

Эксперты прогнозируют, что Россия в ближайшие 3-6 месяцев может столкнуться с дефицитом серверного оборудования, пишет Forbes. Серверное оборудование — это базовая инфраструктура, в частности, для бизнес-приложений (бухгалтерии и других сервисов, в которых требуется хранение больших объемов данных), поэтому дефицит почувствуют все бизнесы: банки, ритейлеры, промышленные предприятия и госкомпании. Один из вариантов решения проблемы дефицита — серый импорт оборудования и комплектующих из стран, которые не присоединились к санкциям. Сотрудники российских ИТ-компаний уже занимаются организацией поставок оборудования из Казахстана, Армении и Сербии. Кроме того, возможен переход на китайское оборудование, считают эксперты.

Импортозамещение не сможет удовлетворить весь спрос. В России собирают серверы, но все ключевые компоненты (центральный процессор, модули памяти, жесткие диски) — импортные, поскольку в России они не производятся. Производство чипов российской разработки осуществлялось у крупнейшей тайваньской компании TSMC, которая отказалась работать с Россией в конце февраля. Процессоры «Байкал» и «Эльбрус» были призваны стать альтернативой Intel и AMD, однако теперь их будущее туманно.