Богданович Наталья Александровна,
юрист

В данной статье автором исследуются вопросы выработки эффективных мер борьбы с киберпреступностью, связанных с гармонизацией уголовного законодательства на международном уровне, а также выработки комплекса процессуальных мер для сотрудничества при расследовании этих преступлений. Предлагается сформировать единый правовой и информационный механизм противодействия киберпреступности.

Современное общество информационных технологий основано на повседневном использовании компьютерной техники, сетей связи, мобильных средств коммуникации и других технических средств. Ежедневное функционирование государственных структур, банковской, правовой, экономической, транспортной и иных систем невозможно без надежной работы интернета, компьютерной техники и средств коммуникаций. Особенно ощутимо информационные технологии стали постоянным спутником современного человека во всех сферах повседневной и профессиональной жизни в период 2020 — 2021 годов в условиях пандемии.

Указанные тенденции привели к формированию единого мирового информационного пространства, где каждый может получить доступ к различной информации в любой точке мира, осуществлять дистанционно управление собственными активами и активами компании, заключать хозяйственные договоры с иностранными субъектами хозяйствования без необходимости личного контакта и т.д. Распространение новых информационных технологий, в основе которых лежит широкое использование IT-сферы, оптимизации и автоматизации процессов во всех без исключения сферах жизнедеятельности привело вместе с этим к нивелированию границ и переплетению национальных экономик и национальных инфраструктур стран мира. К сожалению, это позволило превратить информационное пространство в место и инструмент преступления.

В мире появился новый термин «киберпреступность», чему способствовал широкий спектр возможностей реализации преступного намерения путем использования компьютера либо доступа к информационно-коммуникационным системам, где с помощью компьютерных вирусов и других противозаконных технических средств субъект преступления получает доступ к базам данных, банковским счетам, автоматизированным системам управления и прочим ресурсам. Во многих странах термин «киберпреступность» выступает синонимом «компьютерной преступности», т.е. подразумевает под собой преступления в сфере информационной (компьютерной) безопасности. Такая практика сложилась, например, в Республике Беларусь (гл. 31 Уголовного кодекса Республики Беларусь) и Российской Федерации (гл. 28 Уголовного кодекса Российской Федерации) путем введения соответствующих глав в уголовное законодательство. Американский вариант имеет более расширительное толкование, подразумевая под данным термином все, что относится к информационным технологиям (преступления, связанные с использованием компьютеров, информационных технологий и глобальных сетей). Таким образом, если говорить о киберпреступности в международном формате, то можно позволить использовать расширительное толкование, поскольку необходимо учитывать все виды компьютерной преступности, которые совершаются на территории конкретного государства. По мнению экспертов ООН, термин «киберпреступность» охватывает любое преступление, которое может совершаться с помощью компьютерной системы или сети, в рамках компьютерной системы или сети либо против компьютерной системы или сети.

Кражи данных платежных карт (банковских счетов) или данных доступа к системе интернет-банкинга в целях завладения средствами клиентов банка, кража персональных данных и коммерческой информации из частных компьютеров или серверов, умышленное повреждение информационных систем или средств коммуникаций в целях создания убытков компаниям, доступ к электронным кошелькам, действия в отношении (с помощью) криптовалюты — это далеко не полный перечень подобных угроз, связанных с активным развитием современных информационных технологий. Статистика также показывает, что киберпреступность стремительно растет. Например, согласно статистическим данным о состоянии преступности в Российской Федерации в январе — мае 2021 г. в сфере IT-преступности количество таких преступлений «выросло на 25,7% в сравнении с аналогичным периодом 2020 года. Увеличивается и доля киберпреступности в общем объеме преступлений — год назад она составляла 21,7%, а сейчас — уже 26,8%, то есть более четверти от их общего количества». В Республике Беларусь в прошлом году зарегистрировано 95 тыс. преступлений, из них 25 тыс. — это виртуальные. 92% от всех виртуальных преступлений — это хищения. Таких преступлений еще в 2014 году было всего 2300 — рост более чем в 10 раз. В 2021 году отмечается рост таких преступлений на 240% в сравнении с аналогичным периодом 2020 года. Так, за январь — февраль число киберпреступлений в Беларуси составило почти 4,3 тыс. Из них хищения — 4,1 тыс., несанкционированный доступ к компьютерной информации — 161, компьютерный саботаж — 10, разработка, использование либо распространение вредоносных программ — 7.

На основе анализа материалов крупных международных IT-компаний и исследовательских групп в области кибербезопасности, публикаций отечественных и зарубежных ученых и практиков, многочисленных материалов форумов и конференций мнение большинства ученых, практиков, работников сферы IT-технологий сводится к одной позиции: необходимости создания единого правового поля, позволяющего противодействовать киберпреступности.

Уголовная политика каждого государства включает в себя определение собственных (национальных) форм, средств и методов деятельности по предупреждению преступлений и борьбы с ними. Однако интернационализация преступности, расширение возможностей интернет-контента, транснациональная коммуникация в сфере различных общественных отношений вызывают необходимость активного использования такого института уголовного процесса, как оказание правовой помощи по уголовным делам.

Киберпреступность приобретает мировой масштаб, новейшие технологии превращают реальных преступников в анонимных, а возможность быстрого обогащения привлекает все больше людей к данной преступной деятельности. Все это требует формирования единого правового и информационного механизма противодействия киберпреступности.

Впервые такая попытка была сделана в 2001 году: в Будапеште 23 ноября 2001 г. подписана Европейская Конвенция о киберпреступности (компьютерных преступлениях) (далее — Будапештская конвенция). Будапештская конвенция направлена на борьбу с интернет- и компьютерными преступлениями путем гармонизации национальных законов, совершенствования методов расследования и расширения сотрудничества между странами. Сегодня конвенция ратифицирована и к ней присоединились около 70 государств. Республика Беларусь и Российская Федерация в это число не входят. Главные преимущества для государств-участников заключаются в наличии возможности направлять запросы напрямую договаривающимся государствам, что существенно сокращает срок оказания правовой помощи и, по сути, является основным показателем успешной раскрываемости данной группы преступлений.

Таким образом, очевидно, что для сдерживания киберпреступности международное сотрудничество является ключевым моментом. Здесь необходим целый комплекс мер: совместная работа как внутри государства, так и на уровне международных организаций; выработка новых механизмов противодействия киберпреступности и механизма успешного расследования данной группы преступлений; иные меры. В этой связи для формирования правовой и информационной основы по внедрению института противодействия киберпреступности предлагается реализовать комплекс следующих мер:

1) создание единого гармонизированного международного правового блока, нормы которого будут имплементированы в национальное законодательство с учетом его особенностей (по мере возможностей и специфики национального законодательства);

2) создание процессуальных стандартов (норм), позволяющих эффективно расследовать уголовные дела (единые базы, отлаженное сотрудничество правоохранительных органов на оперативном уровне, включая оперативное решение вопросов с запросами, и пр.) с учетом международной составляющей этой проблематики.

Данные меры будут способствовать разработке и внедрению эффективного механизма оказания правовой взаимопомощи по уголовным делам в области своевременного расследования киберпреступлений и, самое главное, их успешному предотвращению.