Андрей Валерьевич Алещенко,
судья судебной коллегии по гражданским делам
Верховного Суда Республики Беларусь

Одной из задач отечественной правовой системы на современном этапе является создание эффективного механизма защиты прав и законных интересов субъектов правоотношений в ходе принудительного исполнения постановлений судов и актов других юрисдикционных органов.

Немаловажный фактор, способствующий достижению этой цели, — судебный контроль. По своей форме он может быть как предварительным (применение косвенных мер принудительного исполнения, судебное санкционирование осмотра объектов недвижимости и т.д.), так и последующим (разрешение дел об оспаривании действий, иных актов судебных исполнителей). Последующий судебный контроль осуществляется путем разрешения публично-правовых дел с участием сторон исполнительного производства (взыскатель, должник), судебного исполнителя, руководителя органа принудительного исполнения, иных лиц, чьи права и интересы нарушаются исполнением, а также прокурора.

Следует заметить, что при внесении в ГПК изменений (дополнение его гл. 29 § 9), связанных с принятием Закона Республики Беларусь «Об исполнительном производстве», была предпринята попытка учесть специфику регулируемых отношений, в частности необходимость максимально оперативного разрешения возникающих дел.

Однако в результате по целому ряду значимых вопросов фактически была создана коллизия юридических норм. Так, в ГПК противоречиво урегулированы вопросы порядка реализации права на обращение в суд с жалобой (последствия допущения и порядка устранения недостатков жалобы, возбуждения производства по делу), участия в деле прокурора, соблюдения порядка предварительного внесудебного разрешения дела.

Кроме того, не вписываются в общие положения ГПК и нарушают его системность новые процессуальные нормы, допускающие неоднозначную трактовку правовой природы установленного ч. 2 ст. 360-3 ГПК срока подачи жалобы (протеста), его применения и восстановления.

Это повлекло как для сторон, так и для судов чисто практические затруднения в правильном понимании и применении норм права.

Не на все вопросы о разграничении подсудности дел между районными и экономическими судами дает ответы и правило ч. 3 ст. 132 Закона «Об исполнительном производстве» (например, в случае когда исполнительное производство возбуждено в отношении юридического лица на основании постановления государственного органа о наложении административного штрафа за правонарушение, совершенное при осуществлении экономической деятельности).

В практике возникают определенные сложности, связанные с появлением в процессе новых участников (иные лица, чьи права и законные интересы нарушены при исполнении исполнительного документа; руководитель органа принудительного исполнения, вынесший постановление по результатам рассмотрения жалобы в порядке подчиненности), а также с правильным определением соответствующего вида судопроизводства (в исковом производстве или производстве из административно-правовых отношений), что объясняется новой нормой, закрепленной в ст. 470 ГПК.

Не всегда верно как заявители, так и суды определяют предмет обжалования по делам данной категории, иногда ошибочно указывая в качестве такового постановление вышестоящего начальника органа принудительного исполнения, вынесенное по результатам рассмотрения жалобы, поданной в порядке подчиненности (что правильно лишь в некоторых случаях). Допускаются недостатки и при формулировании резолютивных частей жалоб, протестов, судебных постановлений.

Не всегда обеспечивается единообразие подходов к вопросам распределения судебных расходов по результатам рассмотрения дел, в частности в случае удовлетворения судом жалоб.

С не меньшими трудностями сталкиваются граждане, индивидуальные предприниматели, юридические лица, государственные органы и при разрешении иных вопросов исполнительного производства. Среди них — реализация заявительного принципа инициирования исполнительного производства (получение исполнительного листа, обращение в органы принудительного исполнения), индексация присужденных денежных сумм <*>, вопросы окончания, прекращения исполнительного производства, правопреемства и т.д.

Следует отметить, что наиболее острые, часто встречающиеся спорные вопросы постепенно находят разрешение в судебной практике.

Представляется, что повышение эффективности судебного контроля в сфере исполнительного производства должно обеспечиваться как совершенствованием правоприменительной деятельности судов, так и корректировкой действующего правового регулирования.