Белорусская экономика продолжает демонстрировать отрицательную динамику третий месяц кряду, свидетельствует официальная статистика. В Министерстве экономики прогнозируют восстановительный тренд во втором полугодии. Однако оценки аналитиков говорят об обратном.

О чем говорят статистика и Минэкономики

Валовый внутренний продукт Беларуси по итогам января–мая составил 70,6 млрд рублей. В сопоставимых ценах он упал на 3,4% в сравнении с аналогичным периодом прошлого года, сообщает Белстат.

Производство промышленной продукции сократилось на 4,2% до 67,38 млрд рублей. Наибольший спад зафиксирован в обрабатывающей промышленности – на 5%.

Складские запасы выросли за май еще на 160 млн рублей. Они составили на 1 июня 7,56 млрд рублей, или 69,2% от среднемесячного выпуска. Год назад уровень запасов составлял 59,6%.

Инвестиции в основной капитал в Беларуси снизились в январе–мае 2022 года на 13,5% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года до 9,97 млрд рублей. Затраты на приобретение машин, оборудования, транспортных средств уменьшились на 14,5% до 3,49 млрд рублей. Объем инвестиций в строительно-монтажные работы (включая работы по монтажу оборудования) снизился на 14,4% до 5,22 млрд рублей.

Источник — https://ru.freepik.com/

Строительство жилья также сокращается. За пять месяцев ввод в эксплуатацию жилья за счет всех источников финансирования уменьшился на 1,1% до 1,48 млн кв. м, а вот с господдержкой вырос на 13,4% до 459,7 тыс. кв. м.

За январь–май грузооборот сократился на 19,5% до 39,78 млрд тонно-километров. Пассажирооборот увеличился на 1,1% до 7596,8 млн пассажиро-километров. Пассажирские перевозки сократились на 3,8% до 629,3 млн человек. Данные про грузоперевозки транспортных организаций страны Белстат не приводит.

За пять месяцев рост розничных продаж в Беларуси замедлился до 0,9% и составил 26,3 млрд рублей. При этом однодневный розничный товарооборот в расчете на душу населения с начала года составил 18,7 рубля против 16,2 рубля за аналогичный период предыдущего года.

Оптовый товарооборот упал на 13,3% до 54,74 млрд рублей.

Оборот общественного питания в январе-мае 2022 года составил 1,54 млрд рублей, или на 2,3% больше, чем год назад.

Заместитель министра экономики Дмитрий Ярошевич заверил, что такая динамика ВВП была ожидаема, так как белорусская экономика находится в активной фазе трансформации.

— Естественно, беспрецедентное внешнее давление потребовало огромного пласта работы госорганов и отраслей по перестройке производственных процессов и сбытовых цепочек, выходу на новые рынки. Этому способствует реализация комплексного плана поддержки экономики и иных решений, принимаемых оперативно-ситуационным штабом при правительстве. На текущий момент выполнено почти 2/3 мероприятий плана. Но для того, чтобы они сработали в полную силу, требуется время, — сказал замминистра.

Он рассчитывает, что с реализацией оставшегося пакета мер и вступлением в силу нормативных правовых актов, разработанных в его рамках, удастся переломить тренд на замедление ВВП. По оценкам Минэкономики, восстановительная динамика будет наблюдаться во втором полугодии.

— Однако уже сейчас можно констатировать, что ситуация в экономике контролируема, не допускается формирование дисбалансов и обеспечивается выполнение всех социальных обязательств государства. Как следствие, замедляется инфляция, в целом устойчиво финансовое состояние предприятий, товарные рынки обеспечены продуктами питания и товарами первой необходимости. На внешнем контуре, вопреки всем сложностям, наблюдаем рекордное положительное сальдо – почти 1,3 млрд долларов, — сказал Ярошевич.

Что по этому поводу думают аналитики

Всемирный банк ожидает, что белорусский ВВП в 2022 году упадет на 6,5%. Такие цифры содержатся в июньском докладе Global Economic Prospects.

Это самое большое падение в регионе Восточной Европы и Центральной Азии, не считая воюющих России (сжатие экономики прогнозируется на 8,9%) и Украины (45,1%). В этом году ожидается сокращение экономик еще трех стран региона: Кыргызстана, Молдовы и Таджикистана. В большинстве остальных стран региона, по прогнозам, произойдет резкое замедление роста.

Дело в том, что российское вторжение в Украину, увеличившее ущерб, нанесенный пандемией COVID-19, еще больше затормозило мировую экономику, вступающей в этап своего развития, который может оказаться затяжным периодом вялого роста и высокой инфляции. Это повышает риск стагфляции, последствия которой могут быть в одинаковой степени пагубны для стран со средним и низким уровнем доходов. Ущерб, нанесенный пандемией и войной, приведет к тому, что в текущем году уровень доходов на душу населения в развивающихся экономиках будет почти на 5% ниже тренда, отмечавшегося до начала пандемии, считают аналитики Всемирного банка.

Экономист проекта BEROC Дмитрий Крук советует обратить внимание не на накопительный эффект ВВП за январь–май, а исключительно на май. ВВП за этот месяц сократился на 8,7% к уровню мая 2021 года. Это четвертое месячное снижение подряд и самое существенное.

— Тенденция налицо. При этом в мае были и сдерживающие эффекты. Сжатие внутреннего спроса смягчалось рядом буферов. Ценовая конъюнктура и расхождение с российским рублем в траекториях давало определенное преимущество Беларуси на российском рынке. Экспорт падал, но далеко не все западные санкции вступили в силу. Речь идет, например, о полном прекращении с 4 июня экспорта в ЕС изделий из древесины, железа, стали, резины, а также цемента и калия, — отметил ilex Крук.

Вместе с тем, полагает эксперт, пока нет оснований говорить о том, что к концу 2022 года падение белорусской экономики закончится и начнется восстановление.

— Мы сейчас идем по треку потерь выпуска около 10%, что эквивалентно спаду по итогам 2022 года около 6,5%. Но даже тут есть неопределенность в сторону ухудшения, — считает Дмитрий Крук. — Сжатие внешнего спроса пока лишь набирает обороты. За этим могут последовать межотраслевые эффекты. Например, спад в оптовой торговле и транспорте вслед за снижением экспорта. Плюс к этому сжатие внешнего спроса может аукнуться на внутреннем. Никто не застрахован и от финансового стресса.

Вместе с тем есть факторы, благодаря которым может случиться торможении спада.

— Говорить о восстановлении экономики Беларуси во второй половине 2022 года пока не приходится. Думаю, в лучшем случае это может произойти не ранее середины 2023 года. Рассчитывать на более раннюю стабилизацию можно было бы при восстановлении экспорта калия и нефтепродуктов. Это главный витальный вопрос. Но я пока не вижу за счет чего и как это может произойти, — рассуждает Дмитрий Крук. — Кроме того, многое зависит о того, как пойдет у Беларуси перенаправление выпадающего экспорта в Россию и Азию – металлопродукция, деревообработка и так далее. Сейчас больше делается ставка на российский рынок за счет эффекта опережающей девальвации рубля и ниш, которые занимали западные компании. Если исходить из публичной информации, то Беларусь пока не может похвастаться большими успехами.

Первый вице-премьер Николай Снопков также считает, что Россия недостаточно импортирует белорусскую продукцию. И хотя юридически в Союзном государстве и в Евразийском экономическом союзе страны объявили создание единых внутренних рынков, практически это единство оказалось весьма условным из-за ряда нерешенных вопросов: разницы в тарифах на энергоносители, в механизмах субсидирования, а также многочисленных изъятий и ограничений, в особенности в области государственных закупок. В итоге вопросы возможной трансформации экономики Беларуси «через создание бесшовной стыковки с российской экономикой решаются не так оперативно, как того требует ситуация», полагает Снопков.

Дмитрий Крук считает, что в будущем многое зависит от того, каким будет соотношение отягощающих и стабилизирующих факторов для белорусской экономики.

— Рассчитать это в настоящее время не представляется возможным. Тут многое зависит в большей степени от неэкономических причин, — резюмировал белорусский экономист.