Валерий Самуйлов,
экономист-финансист

Иногда даже очень хорошо теоретически и юридически обоснованный (на первый взгляд) финансовый анализ в практике показывает такие результаты, что лучше этот анализ вообще не делать. Рассмотрим, когда это возможно на примере двух ключевых финансовых показателей – оборачиваемости и платежеспособности.

Про оборачиваемость

Оборачиваемость оборотных активов – один из самых важных показателей финанализа, часть факторной модели рентабельности собственного капитала Дюпона.

Но несмотря на это, и в расчетах, и в интерпретации оборачиваемости также часто бывают две ошибки:

1. Для расчета среднего значения берутся данные об оборотных активах на начало и конец отчетного периода (месяца, квартала, года).

Но финансовый и операционный циклы у каждого бизнеса индивидуальны и очень редко кратны календарным, которые используются в финансах и бухучете для универсальности отчетов. Поэтому суммы оборотных активов на начало и конец отчетных периодов могут кратно отличаться от минимального и максимального значений этих активов внутри каждого отчетного периода или от значений оборотных активов в начале и конце каждого операционного цикла. Поэтому если рассчитывать оборачиваемость не только для того, чтобы сравнивать ее значения по разным календарным периодам (или с другими компаниями как это инвесторы и кредиторы делают), а для определения реального периода оборота активов или потребности в них, то лучше использовать среднее значение хотя бы по минимальному и максимальному размеру оборотных активов в периоде, а не произвольные значения на отчетные даты, которые каждый раз могут приходится на совсем разные отрезки операционного цикла. Конечно, на больших объемах значений и когда длительность операционного цикла за время выборки этих значений почти не меняется, средние оборотные активы будут почти равны независимо от того, на какие даты брать их исходные значения. Но сейчас другие времена и все меняется настолько, что статистика почти не работает.

2. Все оборотные активы суммируются без предварительного приведения их к рыночной стоимости.

В состав оборотных активов входят в основном деньги на счетах, запасы ТМЦ (сырья, материалов и готовой продукции) и дебиторская задолженность (ДЗ). И если денег на счетах лучше больше, то ДЗ лучше меньше, а запасов лучше может быть по-разному. Из-за такой финансовой разнородности оборотных активов возникают противоречия, когда с одной стороны их тем меньше, тем лучше, потому что так ускоряется оборачиваемость и по Дюпону рентабельность капитала растет, а с другой стороны недостаток собственных оборотных активов – критический фактор неплатёжеспособности. Чтобы убрать это противоречие есть два способа. Во-первых, можно для анализа оборачиваемости убрать из оборотных активов деньги, потому что деньги могут и не оборачиваться, а целенаправленно накапливаться на инвестиции, или как резерв, или для дивидендов. А запасы и дебиторка не имеют других целей и смысла, кроме как обернуться, чтобы из потраченных денег превратиться в заработанные бОльшие деньги. Поэтому анализ их оборачиваемости намного важнее и здесь чем меньше этих активов, тем лучше. Во-вторых, можно переоценивать дебиторку и запасы по рыночной стоимости, чтобы с финансовой точки зрения они к деньгам приравнялись. Так делают в рыночных экономиках, откуда к нам МФСО и финанализ с оборачиваемостью и пришли. И в этом случае чем больше оборотных активов, особенно собственных, тем лучше. Потому что схема Дюпона, по которой рост оборачиваемости активов увеличивал рентабельность капитала, была придумана 100 лет назад и уже устарела. Сейчас капитализация компаний и их рентабельность определяется не оборачиваемостью, а стоимостью бренда, силой маркетинга и позиции на рынке (убытки у Amazon Inc. и рекордные годами «не оборачивающиеся» запасы денег у Apple Inc., никак не мешают им быть самыми дорогими компаниями). А главной функцией оборотных активов является обеспечение ликвидности и финансовой устойчивости.

О платёжеспособности

Источник — https://ru.freepik.com/

Бывает, что при аудите аудиторы львиную долю внимания уделяют оценке ведения бухучета, а законодательное требование оценки непрерывности деятельности соблюдают формально, сводя эту оценку к работе по «Инструкции о порядке расчета коэффициентов платежеспособности и проведения анализа финансового состояния и платёжеспособности субъектов хозяйствования», утвержденной Постановлением Минфина и Минэкономики от 27.12.2011 N 140/206. Да еще сравнивают значения рассчитанных по этой Инструкции коэффициентов с ее же нормативами, по которым определяют аудируемые субъекты хозяйствования как неплатежеспособные, и, следовательно, не способные вести непрерывную деятельность.

Не учитывают только такие аудиторы два момента:

1. Инструкция от 27.12.2011 N 140/206 была разработана Минфином и Минэкономики по Постановлению Совмина N 1672 от 12.12.2011, в котором указано, что коэффициенты платежеспособности были разработаны в целях обеспечения единого методического подхода к оценке платежеспособности субъектов хозяйствования, своевременного выявления нестабильности их финансового состояния. А в статье 9 Закона от 13.07.2012 N 415-З «Об экономической несостоятельности (банкротства)» указано, что критерии неплатежеспособности являются основанием для подачи должником заявления в суд о своей экономической несостоятельности (банкротстве). Таким образом, расчёты и нормативы коэффициентов неплатежеспособности были законодательно установлены исключительно для их использования при инициировании процедур банкротства. И не как признак, по которому суд банкротство определяет, а как признак, по которому суд не допускает необоснованного преднамеренного банкротства. Потому что банкротство – это не наказание, а своеобразная льгота, защитная мера для должника, позволяющая ему ликвидироваться без полного исполнения обязательств перед всеми кредиторами. Поэтому и нормативы неплатежеспособности в Инструкции Минфина и Минэкономики тоже весьма своеобразные, и применение их в случаях, не предусмотренных Законом о банкротстве, может давать неточную и неадекватную оценку. Используя эти нормативы, аудитор может посчитать неплатёжеспособной компанию, которая таковой совсем не является.

2. Поэтому или нет, но для аудиторов Минфин специально утвердило Национальные правила аудиторской деятельности «Допущение о непрерывности деятельности аудируемого лица» от 28.03.2003 N 45, в пункте 8 которых указано, что к условным фактам, которые по отдельности или в совокупности должны вызвать у аудиторской организации сомнение в допущении о непрерывности деятельности, относятся не только финансовые, но и производственные и прочие условные факты, которых только в этом пункте приведено 17 штук, включая проблемы с наймом, потерю рынков сбыта, поставщиков, лицензий, нарушение законодательства, судебные иски и т.д. Одновременно отмечено, что наличие одного или нескольких из перечисленных условных фактов не всегда указывает на наличие существенной неопределенности в отношении непрерывности деятельности аудируемого лица. И всего лишь один этот пункт одного стандарта аудита показывает, почему аудитор это не только и не столько бухгалтер-контролер, но еще и эксперт, юрист-экономист-бизнес-аналитик. И что аудит – это не только проверка, но и консалтинг, а аудиторские компании, понявшие это лучше и раньше остальных, теперь называются «большой четверкой».


Использование данного материала (полностью или частично) в любой форме и любым способом запрещено правообладателем.