Валерий Владимирович Шулековский,
экономист

В банковской практике встречаются ситуации, которые нуждаются в разъяснениях государственных органов, принявших те или иные нормативные правовые акты. При этом характерно то, что необходимость таких разъяснений имеет место намного чаще, чем осуществляется пересмотр норм действующих документов, что отражается на деятельности банков не самым лучшим образом.

В частности, в декабре 2018 г. возник вопрос оценки с точки зрения валютного законодательства деятельности компании «U» — разработчика мобильного приложения для поиска такси, в связи с чем Ассоциация белорусских банков обратилась в Нацбанк с просьбой о разъяснении данного вопроса.

Суть вопроса состоит в следующем. Компания «U» — разработчик мобильного приложения для поиска такси с помощью электронной информационной системы оказывает услуги белорусским перевозчикам по сбору, обобщению и передаче данных, позволяющих искать, получать и выполнять заказы такси пассажиров, использующих это приложение для мобильных устройств.

В соответствии с соглашением, заключенным между компанией «U» и перевозчиком, оплата за услуги электронного сервиса, оказанные «U», производится путем оплаты пассажирами услуг такси посредством электронной информационной системы напрямую на счета компании «U» в безналичном порядке в белорусских рублях. Компания «U» затем перечисляет перевозчику денежные средства, полученные от пассажиров за оказанные услуги по перевозке, удерживая при этом их этих средств свое вознаграждение. Валютой расчетов по данному соглашению являются доллары США. Возник вопрос: не является ли это нарушением валютного законодательства, а именно Правил проведения валютных операций N 72, поскольку услуги такси оказываются на территории Республики Беларусь, а перевозчики получают иностранную валюту?

В соответствии с разъяснениями Нацбанка, данными им в письме от 10.12.2018 N 31-26/11795, вышеуказанная схема расчетов противоречит п. 31 Правил проведения валютных операций N 72.

Действительно, п. 31 Правил проведения валютных операций N 72 использование иностранной валюты в указанной ситуации не предусмотрено. Однако следует учитывать, что физические лица, используя услуги такси, рассчитываются с «U» в белорусских рублях. При этом им с высокой степенью вероятности неизвестно, каким образом впоследствии компания будет рассчитываться с перевозчиком: в иностранной валюте или белорусских рублях. Пунктом 31 Правил проведения валютных операций N 72 фактически установлен запрет на использование иностранной валюты в расчетах между физическими лицами и субъектами валютных операций. Физические лица — это пассажиры такси, а субъект валютных операций — «U». Расчеты между ними в момент совершения операций осуществляется в белорусских рублях и только потом эти транзакции из рублевых опосредованно трансформируются в валютные благодаря «U». Логично ли это, если принять во внимание цели, с которыми вводились ограничения на использование иностранной валюты в расчетах с физическими лицами, — дедолларизация внутренних денежных расчетов? Ведь физические лица реально не используют валюту для расчетов. Кроме того, в данном случае нарушение Правил проведения валютных операций N 72 фактически идет от нерезидента, которым является «U», но при этом, опять же учитывая цели введенных нормативных ограничений, данный факт способствует поступлению валюты в Республику Беларусь.

Вопрос оценки с точки зрения валютного законодательства деятельности компании «U» состоит в следующем.

Транспортные организации за оказанные физическим лицам транспортные услуги получают денежные средства в иностранной валюте. Согласно письму Нацбанка от 10.12.2018 N 31-26/11795 это является нарушением  Указа N 178, поскольку в соответствии с подп. 1.10 п. 1 Указа N 178 при импорте расчеты по внешнеторговым договорам осуществляются только со счетов импортеров (в том числе со специального счета аккредитива), за исключением расчетов, производимых:

— с использованием кредитов банков, выданных импортерам, а также кредитов, выданных Правительству Республики Беларусь либо под его гарантии, ссуд, займов, средств международной технической помощи, предоставленных импортерам нерезидентами;

— со счета другого резидента в соответствии с условиями договора перевода долга, заключенного между импортером и данным резидентом. При этом новый должник становится импортером в соответствии с подп. 1.1 п. 1 Указа N 178;

— путем исполнения банком обязательств по выданным гарантиям по данным внешнеторговым договорам;

— посредством исполнения банком обязательств по валютно-обменным операциям;

— путем исполнения банком (небанковской кредитно-финансовой организацией) обязательств в результате факторинговой операции или по договору финансирования под уступку денежного требования (договору факторинга), в соответствии с которыми осуществляется исполнение обязательств по внешнеторговым договорам, предусматривающим импорт;

— в иных случаях в порядке, установленном Нацбанком.

Иные случаи Нацбанком не установлены.

Действительно, договоры, заключенные транспортными организациями с «U», являются внешнеторговыми, так как речь идет об импорте услуг, предоставляемых данной компанией транспортным организациям. Оплата таких услуг должна производиться только со счета импортера, то есть, транспортной организации. Вместе с тем следует учитывать следующее.

Объем таких услуг определяется вознаграждением, которое «U» удерживает из средств, полученных от пассажиров такси. Остальная часть средств перечисляется как выручка от услуг перевозки, которые оказывают непосредственно транспортные организации, и по своему экономическому характеру отношения к предмету  Указа N 178 не имеет. Следовательно, если речь идет о нарушениях Указа N 178, то имеется в виду только вознаграждение.

Удержание вознаграждения из суммы полученных в результате сделок денежных средств является нормальной мировой практикой, а такие компании, как «U» по-иному работать просто не могут, иначе это означало бы проведение дополнительной транзакции после перечисления общей выручки на счет стороны, которой оказаны услуги, по перечислению оплаты данной услуги на счет стороны, оказавшей услугу. И вновь такая ситуация не соответствует целям, которые преследовал законодатель, вводя в Указ N 178 норму о расчетах по импорту только со счета импортера. В данном случае норма подп. 1.10 п. 1 Указа N 178 была введена для контроля расходования валютных средств субъектов хозяйствования, выступающих как сторона по внешнеторговому договору, так и третье лицо, осуществляющее оплату за другого субъекта. В рассматриваемой же ситуации оплата услуг по импорту осуществляется, условно говоря, в пассивном режиме: путем уменьшения нерезидентом суммы причитающейся выручки, то есть без проведения платежа как такового. Проблема валютного контроля в такой ситуации отсутствует, если сделка подтверждается соответствующими документами.

Исходя из изложенного, можно сделать вывод, что позиция регулятора в отношении трактовки вышеуказанных норм валютного законодательства во многом имеет субъективный характер, так как не учитывает всех обстоятельств совершаемых операций в рамках деятельности таких компаний, как «U». По меньшей мере, для того, чтобы не создавать проблем в функционировании рынка пассажирских перевозок, равно как и других сегментов рынка потребительских услуг, представляется целесообразным регулярно актуализировать акты валютного законодательства, следуя в фарватере процесса улучшения и оптимизации услуг, предоставляемых населению Республики Беларусь и иностранным гражданам, посещающим нашу страну либо временно проживающим в ней.